Оставьте свой отзыв
Опрос
Что Вам понравилось в новой версии сайта?
Выберите из списка:
Размер шрифта:ААА
Цветовая схема:ААААА
Изображения:Выкл.|Вкл.
8 (495) 625-95-95 Телефон в Москве
8 (800) 775-95-95 Бесплатный звонок по России Круглосуточно
Версия для слабовидящих

Культурный объект.

Эксперты обсуждают, как преодолеть проблему отсутствия общих требований к проектной документации


Сотрудники Управления экологической экспертизы и Управления объектов гражданского назначения Главгосэкспертизы России посетили комплекс реставрируемых зданий Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского. Осмотр объекта продолжил новую практику в работе Главгосэкспертизы: выезд экспертов на те объекты капитального строительства, по итогам рассмотрения проектно-сметной документации которых они выдали положительное заключение. Приглашение ознакомиться с результатами реставрации консерватории эксперты Главгосэкспертизы получили от коллег из Центральных научно-реставрационных проектных мастерских – старейшей и в настоящее время крупнейшей проектной реставрационной организации России (именно она осуществляла реконструкцию комплекса зданий консерватории). Благодаря этому у экспертов появилась возможность оценить, как выглядит объект на начальном этапе работ и по итогам завершения строительства, когда проектные решения уже полностью реализованы.

Рассмотрение Главгосэкспертизой России проектной документации по реставрации объектов Московской консерватории в очередной раз выявило противоречия между градостроительным законодательством и законодательством в области государственной охраны объектов культурного наследия. Такие проекты сначала проходят государственную историко-культурную экспертизу, и только потом их направляют в Главгосэкспертизу России. При этом требования к охране памятников культурного наследия зачастую противоречат критериям технической безопасности: в итоге после исправления проектной документации возникает необходимость проведения повторной историко-культурной экспертизы, и документация начинает ходить по кругу… Эксперты Главгосэкспертизы России решили обсудить эту проблему, а также поделиться своими мыслями о посещении объекта реставрации. За круглым столом собрались заместитель начальника Главгосэкспертизы России Светлана Петровна Балашова, начальник Управления экологической экспертизы Оксана Викторовна Родивилова, заместитель начальника Управления экологической экспертизы – начальник отдела охраны окружающей среды Сергей Викторович Кайряк и заместитель начальника Управления объектов гражданского назначения – начальник отдела объектов гражданского назначения Геннадий Вадимович Чистяков.

С.П. Балашова: Мы как эксперты постоянно имеем дело только с документацией и очень рады, что теперь, а долгое время мы были лишены такой возможности, можем бывать на объектах, которые проходят у нас экспертизу, так как такая практика очень способствует повышению квалификации экспертов. Кстати, это не первое посещение объекта экспертами Главгосэкспертизы России: по приглашению Института археологии мы посещали также Московский Кремль, где во время сноса 14 корпуса были обнаружены многочисленные артефакты, в том числе захоронения XVI века. Помню, приехав на объект, мы увидели стол, на котором лежал мужской скелет в полный рост, косточка к косточке. И археологи в деталях рассказали нам, кем был этот молодой человек и как он жил. Сейчас этот участок модифицирован и привлекает большой интерес посетителей Московского Кремля. В культурном отношении Московская консерватория является не менее значимым объектом.

Геннадий Чистяков: Искусство реставратора заключается в умении находить выход из положения несмотря на тесные рамки действующих норм… Г. В. Чистяков: Московская консерватория – это большой комплекс зданий в центре Москвы: Рахманиновский, Малый и Большой залы, библиотека и подземная автостоянка – все они проходили у нас экспертизу. Реконструкция консерватории была разделена на несколько этапов, и эксперты Главгосэкспертизы России рассматривали проектную документацию консерватории несколько лет. А сейчас своими глазами увидели, как проходит процесс реконструкции и реставрации. Говоря об оснащении подобных зданий под современные технические требования, следует вспомнить о проблеме адаптации помещений для маломобильных групп граждан: нужны подъемники, пандусы, специальные лифты. Соорудить их в здании, которое является памятником архитектуры, очень сложно. Но реставраторы справились с задачей, а мы, эксперты, оценили их работу не только на бумаге, но и в реальности, когда увидели, что приспособления для инвалидов не искажают фасад консерватории. Конечно, есть определенные трудности: нехватка мест в гардеробе и кафе, но в старом здании консерватории невозможно решить эти проблемы, не расширив проемы, – а расширять их нельзя. Помимо прочего, искусство реставратора заключается в умении находить выход из положения несмотря на тесные рамки действующих норм. И я считаю, что реставраторы консерватории отлично с этим справились.

О.В. Родивилова: Посещение консерватории было интересно также и тем, что мы увидели все стадии реставрации зданий – от проекта уже реализованного, как, например, Рахманиновский зал, – до проекта, который, по сути, еще не вышел из стен Главгосэкспертизы (библиотека).


Г.В. Чистяков: Надо отметить, что была проделана большая работа по обеспечению сохранности зданий консерватории как объектов культурного наследия. Даже шторы и обивка мебели здесь специальные, создающие эффект «акустической волны». То есть они имеют определенный коэффициент звукоотражения, что для консерватории, конечно, особенно важно. При рассмотрении документации по консерватории мы привлекали внештатных экспертов – ведущих специалистов по акустике и сценической механике, оборудованию, которые строили и реставрировали концертные залы по всему миру

Светлана Балашова: Существует очевидная проблема: мы следуем градостроительному законодательству, а сохранение объектов историко-культурного наследия живет своей жизнью, и наши задачи и подходы временами не только не пересекаются, но и противоречат друг другу… С.П. Балашова: Если говорить о других подобных объектах, конечно, очень интересен Новоиерусалимский монастырь, – объект реставрации, весьма значимый для Русской Православной Церкви. Его реконструкцией тоже занимались Центральные научно-реставрационные проектные мастерские, но у нас монастырь экспертизу не проходил – хотя там менялась ротонда на храме и многие другие объекты. Реставрационные мастерские пригласили нас посетить монастырь и посмотреть на результаты реставрационных работ... Очень важно для нас сейчас понять, как соотносятся реставрационные работы с приспособлением здания к современным градостроительным нормам и нашей деятельности. Существует очевидная проблема: мы следуем градостроительному законодательству, а сохранение объектов историко-культурного наследия живет своей жизнью, и наши задачи и подходы временами не только не пересекаются, но и противоречат друг другу. На объектах, которые подлежат реставрации, в 80% случаев затрагивается конструктив, а это уже вопрос обеспечения безопасности и надежности, и он относится к компетенции государственной экспертизы.

Оксана Родивилова: Сначала исторические здания получают заключение историко-культурной экспертизы о сохранении предмета охраны культурного наследия. Затем в Главгосэкспертизе России эксперты обнаруживают, что их конструктивные, инженерные и архитектурные решения не соответствуют требованиям действующего законодательства. Мы хотим создать общие требования к проектной документации по таким объектам. О.В. Родивилова: Сначала исторические здания получают заключение историко-культурной экспертизы о сохранении предмета охраны культурного наследия. Затем они попадают к нам в Главгосэкспертизу России, и наши эксперты обнаруживают, что их конструктивные, инженерные и архитектурные решения не соответствуют требованиям действующего законодательства. По сути, приходится разрабатывать два проекта: один с научно-проектной документацией, который представляется в Министерство культуры, а второй – с техническими решениями – для Главгосэкспертизы России. Сейчас мы работаем над идеей объединения этих двух проектов, хотим создать общие требования к проектной документации по таким объектам

Г.В. Чистяков: Почему эта тема так актуальна? Реставрационные работы так или иначе меняют старое здание, у которого фундамент, несущие стены и конструктив не соответствуют современным требованиям. Например, здание, которое вскоре станет консерваторской библиотекой, раньше было жилым домом. А в новом качестве ему потребуется много воздуха: 20 кубометров на человека,  определенное освещение, мощная система вентиляции… Понадобится приспособить помещения под архивы, где будут храниться большие массивы документации. Для этого нужны специальные стеллажи, лифты и т. п. Изменится даже нагрузка на несущие стены и пол, а ведь и то, и другое, а также потолок и даже ступени лестницы являются предметом охраны. Возникает немало вопросов. Как переделать эти конструкции под современные требования и сохранить при этом внешнюю отделку? Как встроить в историческое здание такие современные сооружения, как лифт? Как решить задачи по обеспечению доступа для маломобильных групп населения? Как внедрить современные противопожарные и инженерные системы, которые будут соответствовать действующим требованиям?

О.В. Родивилова: Главгосэкспертиза России уже вносит свои предложения. Сейчас мы совместно с представителями Министерства культуры пытаемся прийти к подобному соглашению по объектам культурного наследия, которые подлежат реставрации. Кстати, не всегда ясно, когда процесс реставрации входит в зону интересов Главгосэкспертизы России. Представьте, к примеру, что решается вопрос о замене колокола на колокольне церкви. В Министерстве культуры в этом случае, скорее всего, не увидят проблем с конструктивностью и надежностью. А наши специалисты ответят, что конструкции могут не выдержать, потому что новый колокол сделан из другого материала и тяжелее старого. Даже процесс демонтажа – это дополнительная нагрузка на конструкции, они могут рухнуть.

Другой пример: в Суздале стоят рядом два одноэтажных здания, в обоих идут реставрационные работы. Одно из них – обычный дом, по действующему законодательству ему не требуется проведение государственной экспертизы. Но второе здание – точно такое же, с теми же конструктивными особенностями, – объект культурного наследия, и для проведения таких же работ, что и в отношении первого здания, понадобится проведение государственной экспертизы проектной документации. Это требует больших затрат, а поскольку денег на реконструкцию выделяется немного, во многих городах никак не могут благоустроить исторические центры: ведь реставрация большинства строений невозможна без заключения Главгосэкспертизы России. Кстати, объектом культурного наследия может быть объявлено сооружение, возраст которого больше сорока лет. Так что теперь все с ужасом ждут: вдруг кто-то захочет объявить предметом охраны, например, хрущевки… И еще несколько слов о новой практике посещения объектов. Наряду с объектами культурного наследия также было бы интересно посетить и производственные объекты, по которым мы даем заключения. Технологи, которые ведут подобные проекты, эти объекты хорошо знают. А вот локальные эксперты знакомы с объектами только по проектной документации и по специальной профессиональной литературе, и посмотреть, как эти решения воплощаются в реальности, было бы очень полезно.

Чем еще помогает эксперту выход на объект? К примеру, мы посетили Лебединский ГОК, спустились в шахту. Через некоторое время в Главгосэкспертизу России на рассмотрение поступает новый проект от этого же предприятия, другая дренажная шахта, в которой делается некое производственное помещение. И теперь экспертам все сразу будет понятно не только на бумаге: они получат полное представление о том, какие их ждут процессы и риски, каким будет этот объект.

Сергей Кайряк: После замечаний наших экспертов проектная документация может быть в корне изменена, а значит, она будет подлежать повторному рассмотрению в историко-культурной экспертизе. С.В. Кайряк: Еще одна актуальная тема касается историко-культурной экспертизы, которая проводится аттестованными государственными экспертами. Процедура рассмотрения длится 45 дней, и пока документация находится на сайте данного ведомства, любой желающий может написать свое мнение о проекте. Обобщив все сведения, уполномоченные органы соглашаются или не соглашаются с замечаниями и одновременно согласовывают проектную документацию. Все это происходит до начала проверки в Главгосэкспертизе России. После замечаний наших экспертов проектная документация может быть в корне изменена, а значит, она будет подлежать повторному рассмотрению в историко-культурной экспертизе. Мы полагаем, что в пункт 12.3 статьи 48 «Архитектурно-строительное проектирование» Градостроительного кодекса Российской Федерации необходимо добавить абзац об условиях реставрации и приспособления объектов культурного наследия. Это касается проектной документации, ее обязательных разделов. Если разрабатывается проектная документация для объекта историко-культурного наследия, необходимо, чтобы она соответствовала и положениям градостроительного законодательства, и требованиям охраны памятников.


Г.В. Чистяков: И это не единственное требование, предстоит большая работа по совершенствованию регулирования в этой сфере. На мой взгляд, самое главное на сегодня – разработать свод правил по реконструкции и реставрации. Создать такой нормативный документ, который разрешит в ряде случаев отходить от требований сохранности объекта культурного наследия, в котором будут прописаны возможности компромиссов по ширине лестницы, устройству лифта, высоте помещения…

Опубликовано в журнале «Вестник государственной экспертизы» № 4 2017 (5) 20 ноября 2016 года

Поделиться статьей:
Подписаться на рассылку
Назад